Дождь – это свобода

Дождь — это больше не осадки, не спасение от жары, не хмурое небо, не прохлада в жаркий день, и даже, не “ура, поливать не нужно”. Теперь это момент тишины от взрывов, очищение города от уставших, голодных и злых лиц с автоматами. Теперь это возможность сбегать в магазин. Возможность просто постоять на улице, не вздрагивая от взрывов и звуков летящих снарядов, а спокойно и свободно стоять, вдыхая прохладу и подставляя лицо каплям. Дождь — это свобода. В магазин все идут без зонта. Счастливо мокнут. Счастливо обговаривают освобождение Славянска. Победоносно смотрят на тех, кто все еще говорит о хунте, но уже полушёпотом, боясь попасть под раздачу.

Для меня поход в магазин это еще и возможность общения, впитывания информации. Удивляюсь количеству перебинтованных, перевязанных, загипсованных мужиков: головы, руки, ноги..... Сердце сжимается, неужели они все, с поля боя? Не может быть! Ведь мы общались, говорили об Украине, о городе и они были против сепаратистов. И вот, теперь... Как же так? Где же они воевали, на чьей стороне?

Сердце падает, сжимается, дождь становится невыносимо холодным и злым. Осторожно подхожу, ведь заметили, улыбаются, здороваются. Начинают делится новостям, радуются за победы наших. Мозг разрывается, чувствуя подвох и необъяснимость ситуации. Осторожно уточняю причины повышенного травматизма: осколки, ранения, шахтные травмы, эпидемия...

Тихо отводят в сторону и поясняют... эти у... (я опущу описание “нашихребят” на шахтерском лексиконе, чтобы не травмировать читателей, красочными оборотами речи) начали ходить по домам, записывая и приглашая в поредевшие ряды.

Сходка молчания

Сегодня сходка улиц была молчаливой. Просто пришли, потому что уже привыкли,что вечером сбор, отчет, новости, сводки... Но говорить было не чего, да и не хотелось. Сегодня вечером на проселочной дороге за поселком погиб молодой 30-летний парень, тракторист, который ехал с уборочной домой на тракторе и... подорвался на мине.

Ее установили местные, знающие проселочные дороги ополченцы, террористы, вернее, просто дебилы, которые продолжают уничтожать соседей, город, поселок, воюя с иллюзорным врагом и надеясь на помощь иллюзорного друга.

Они бежали с места преступления (их видели люди), понурив головы и опустив глаза. В глазах был страх и тупость. Они понимали. что убили своего, поселкового, поэтому бежали, как нашкодившие псы. Ждавшая их во дворах машина — тоже с местными номерами. Рашатв для картинки о зверствах хунты не успела (приехали, их бы порвали на месте), так как взрыв был фактически в огородах, на глазах у людей.

Люди, увидев трагедию, вызвали скорую помощь. В милицию дозвониться невозможно, вероятнее всего, она в другой стране или галактике. Так как в городских газетах вместо милиции печатают телефоны местного ополчения (читай террористов), как единственных защитников города, то люди позвонили и туда, их выслушали, пообещали разобраться с кровавой хунтой, рассказали страшную историю об органах, и посоветовали следить, чтобы их не украли у умершего.

Слов нет. Парень не пьющий, трудяга, селянин, работал на уборочной. Подорвался не доехав одной улицы домой. В моей мирной стране, моем мирном городе... созрели хлеба... пропитались кровью...

Все будет Украина

Сегодня дети устроили дома революцию. С работы я теперь приезжаю рано, но работы при этом не убавляется. А дети, требуя внимания, обвинили меня в измене семье с ФБ, и, угрожали отключить интернет, если я не съем блинчики (младшая учится готовить) и не посмотрю с ними кино. Фильм для семейного просмотра, почему-то выбрали “Алиса в стране чудес”... На какой-то минуте фильма, поймала себя, что уже не смотрю, мысли бегут по своим делам. Смотря сквозь экран анализирую день... 

...На работе раздарила девчонкам свои лилии (у меня огромный цветник). Просто так. За их слезы, нервы, поддержку, звонки с вопросом “ну, как ты там”, “давай ко мне, тут тише”. За то, что я Мисс Оптимизм, а теперь еще и Мисс “Все будет Украина!” перепугала их своим бледно-серым видом лица, в первый день обстрела. Как пояснили мне сегодня, в тот день, я стояла на работе абсолютно белая, с огромными черными от ужаса глазами, каменной улыбкой на лице,и повторяла “без паники, все будет хорошо”.

Тогда они еще не знали, что мне позвонила кума, начался обстрел поселка, а я в городе, а мои дети дома, в подвале.

На работе мне говорят: “Если ты улыбаешься, нам спокойно”! Я отвечаю: “Мысли — материальны, никогда не допускай к себе тех вариантов, которых ты не хочешь и все будет Украина”. Опять и снова поражаюсь единению тех, кто сейчас живет нервом страны и друг друга.

Когда-то я написала “Луганда и Дыра должны быть. Хоть на полгода/год, но должны. Именно здесь, на Донбассе. Чтобы вылечить тех, кто утянул нас всех в болото и открыл двери ада. Чтобы каждый человек прошел свой эволюционный путь. Чтобы люди заслужили право быть гражданами Украины” . И хотя это принесло потери, горе и слезу, но... мы наконец-то осознали единство со страной и друг другом, включили свой генный код, нашли себя в Украине, а Украину в себе. Мы стали страной и государством. Гражданами. Ощутили боль потери и страх быть потерянным.

Расписание выстрелов

У нас тут “наширебята” развлекались тем, что несколько дней кряду стреляли по поселкам. Днем три выстрела каждые три часа. Ночью один выстрел каждые 3 часа. Называется это в народе “биг-бен ЛНР”. Типа, напоминают они нам и хунте, что они власть в городе, сидят высоко, видят далеко. Народ втянулся, обвыкся, и приловчился жить под ритмы выстрелов. Вчера ночью стрельнули в 11 ч. и все... в 2 часа ночи у меня звонит телефон. Соседка:

- Лена, я в окно вижу, шо у тебя свет. Не спышь? (да, с конспирацией на поселке туго). Ты там глянь в интернете, стрелять будут чи ни, шото время, а они мовчать. Я заснуть не могу. Спытай, ложиться чи ни...

И так звонков двадцать к ряду... полпоселка позвонило, плюс два ближайших, до которых долетают снаряды... Креативные мои, посельчане... Ну вот как объяснить, что в интернете есть все, окромя расписания выстрелов, подачи снарядов и дебилизма ЛНР. Чувствую себя штабом АТО и сепаратистов одновременно. 

Куховарение

О хорошем. У нас достаточно тихо. По сравнению с часовыми перепалками и на фоне Луганска — у нас вообще тихо. Близкой стрельбы нет, а на дальние взрывы уже никто не обращает внимания.

В городе даже людно, даже пробки, даже мамочки с колясками, даже мужики с пивом, даже стайки молодежи (что вообще стало редкостью). А вот моему ребенку дома скучно. Улица — запретное место. К друзьям нельзя, да и друзей мало, все уехали. Близкий выстрел- все в укрытие. Все уже отработано на автопилоте. От дома отходить нельзя.

Дети, привыкшие к свободе, полю, степи, поездкам на природу и путешествиям, обожающие свежий ветер и запускание воздушного змея, чувствуют себя узниками. Так как знакомы с моей работой и судебной практикой, уже ехидно интересуются, будет ли у них статус “дети войны”, и дадут ли медаль за обнаружение летящего самолета, со стороны угрожающего дружбой государства. 

Сталкер Алиса

Ловлю себя на мыслях, глупых, настороженных, иду по ним, как по минному полю: чем сильнее страх, тем глубже и мудрее философия жизни.

Меня спрашивают, как мы вообще здесь живем во времена Луганды и Дыры...

Я наконец-то поняла как ... Я — сталкер Алиса иду по сумрачной зоне... Я живу в нескольких измерениях и знаю все, о перемещении в параллельные миры...

Я разговариваю с компьютером, и он мне отвечает...он живет... дышит... и я чувствую его сердце... я прикладываю ладонь к монитору... и чувствую другую руку... я делаю шаг ...и меня подхватывают руки во Львове и Каменец-Подольском, Виннице и Сумах, Киеве и Черновцах, даже в Москве...

Я перестала удивляться чудесам... Кролик в шляпе? — фигня, вот материализация из ниоткуда республики в здании СБУ- это да! Я живу в мире, где свои у каждого свои, так же, как и чужие. Здесь у каждого свой арсенал страхов и убеждений, который может материализоваться в любой момент...

Улица может в часы, секунды стать государством, а область -страной... Я живу в мире, где вышедший из сумрака Дед Мороз может стать Главой Правительства, подписать пару указов, и... превратившись в Деда Мороза... уйти в сумрак...

Вы думаете меня может что-то удивить?! Я вот думаю, что теперь я смогу выжить везде....и не только выжить, но и разогнать сумрак...

История реверсно-беженецкая

У посельчан новый вид бизнеса, так сказать, наконец-то поперло в период застоя. Еще бы. Война, народа нет, работы у таксующей братии тоже, с контрабасом проблемы (так здесь называют контрабанду), а тут на тебе...

Из хлебосольного заграничья вдруг потянулась на родину стая беженцев, пардон, возвращенцев. Сердитые на родню, соседей, сослуживцев, которые, распространяя РАШАТВ-фантаст-новости “спасли” всех, криком:”Бегите... бегите!”

Все побежали: бросили дома, потеряли работу, хватая самое необходимое, оставляя дорогое, бросая друзей, предавая собак...

Причем, в тот момент массовой истерии в городе не было ни одного выстрела, и даже намека на войну. Но бежали, под впечатлением халявы, поверив обещаниям богатства и широты души русской, онемев от ужаса и пав ниц перед навязанным страхом укро-нацизма-бандеро-съедения. 

Прибежали...Отдышались... поменяли гривны на рубли по курсу 1:1... офигели... сходили в магазин... просто офигели... взяли в аренду квартиру... обалдели от братского народа и его умения обобрать по-братски (цены на квартиры гуковчане увеличили в три раза)... еще раз в магазин... приуныли... узнали о перспективах проживания в Магадане (льгота для беженцев)... стали скучать за Родиной... снова сходили в магазин, поели... тоска по Украине стала душить душу: и щи не борщ, и каша из топора. А тут еще и оставшиеся, расправили плечи, и зажили на зло беженцам, используя брошенные огороды, машины, квартиры, заняли рабочие места.

Тоска по Родине сковала горло завистью, да и деньги закончились... Беженцы плюнули на рашасериал “Страсти по-хунте”, и поехали домой. А не тут то было. КПП не работает. Дружелюбное государство так просто не отпускает, продолжает угрожающе любить, даже, как-то нервно придушивать любовью: то печати о выезде нет, то штампа о въезде, то прививки не отпрививили, то глаза у вас что-то болезненные, то фотография в паспорте не улыбается при виде русского флага...

Боль каменная

Словно наплывающая магма, каменея, боль застывает в душе или сама душа застывает от боли, не знаю. Разницы в этом нет. Боль имеет свойство каменеть. Она наплывает волнами и застывает, превращаясь в камень. И тогда, душа становится похожей, на застывшие каменные волны. Думаю, что в разрезе душа, каждого из нас похожа на годичные кольца дерева, только на дереве кольца от возраста, а на душе — застывшие волны от боли, предательства, страха, потерь. А теперь еще и от войны.

Раньше у каждого из нас были свои зарубки, свои кольца памяти, личные. Вот это — от предательства близкого человека, это — от подлости друга, это — любовь прогулялась, вымучив и заставив сжаться... да мало ли какие зазубринки оставляла жизнь.

Теперь у нас общие волны окаменевшей боли, оставившие зазубринки на нашей душе, истории, памяти, нации. Они отпечатались глубоко, на нашем генном коде, спаяв нас в единую базальтовую глыбу. Теперь нет личного, есть боль народа, страны, теряющей сыновей, есть боль людей, теряющих дом. Вряд ли мы когда нибудь забудем Небесную Сотню, Ил-76, Зеленополье, Волноваху, Славянск, Луганск, Донецк... и еще десятки изуродованных заботой “нашихребят” городов, вряд ли мы забудем предательство политиков, предательство жителей, называвших себя гражданами, предательство соседской страны, называющей себя братским, славянским народом.....

Сюрреализм по-лугански

Сюрреализм по-лугански: 

- это когда молодая девушка, мать малыша, отказывается покидать зону АТО, потому что из окна ее квартиры видна дорога, по которой идут колонны российской техники, потому, что она не хочет, чтобы ее ребенок жил в ЛНР.

- это когда люди работают под пулями, потому что “а кто будет это делать, если не мы”, а другие люди, бегут из городов, где ни разу не прозвучал выстрел, только потому что страшно и “хунта” .

- это когда половина жителей улицы пляшут и пьют водку, радуясь победам армии фейкового государства, а другая половина, оплакивает погибших украинской армии.

-это когда старушка идет в церковь и плача, молится за упокой неизвестных ей украинских сыновей, погибших в полях, тогда, как батюшка в проповеди призывает убивать тех, кто не любит Россию и Путина.

- это когда слово “наши” вызывает опасение и требует изучения собеседника, так как “наши” у всех разные.

- это когда боишься жить, говорить, то что думаешь на своей земле, а уже привык к свободе, и отвыкать не хочешь.

- это когда чиновник, получающий зарплату и льготы от государства, выступает против этого государства. 

- это когда в 2014 году, ты все знаешь о доносах, пытках, СМЕРШе, КГБ, концлагерях, и это не история, а реальность.

Страхи нашего города

История ......ну просто жуть.. Страхи нашего города .. (детям до ... а так же лицам с неопределившейся психикой и гражданством, читать запрещается).

Возле магазина толпа. Вот попала, так попала....Очередные бабьи сборы. Хуже этого, только прессуха в ЛэНэРэ. Посреди бабьего круга наша поселковая “рашатв” тетя Оля. Шум!!!!!!!!!!!!!!! Су-25, тракторная бригада, и отбойный молоток наших дорожноремонтательных рабочих, нервно курят в сторонке. Еще чуть-чуть и будет, и АТО, и ОМОН, и кардиология. 

“Рашатв” в лице т. Ольги вещает:

- Ага, а я говорила, я предупреждала. Вы же меня не слушали. а вот едут, вот едут и режут! Всех, кого поймают, все-зарезали и продали. Кого на Америку, кого немцам. Но больше в Америку. Там же гены, там же все модирфицированное. Из-за этого, у них гены портятся. Поэтому они наши органы себе покупают. У нас же гены хорошие. От так нас и продали, всех. Поэтому сюда едут рефрижераторы, чтобы замораживать. И детей, и мужиков. А дома заберут бандеровцам. Вон, Танька, которая за Мишкой, ну, та, которая Сашку бросила и с Ванькой загуляла, ну ее еще Катька лупила. Так вот она-медсестра. Говорит, дали секретное задание, собирать информацию о всех, а потом по этой информации, будут выбирать, кого первого резать, кого на потом. Запасным. Вдруг тот , первый, не приживется.

Книги в АТО

Подвально-подстольная напольная-прятально-эвакуационная жизнь прифронтового приграничья в разы увеличила количество читающего населения! Народ, пересиживающий перестрелки в подвалах, дабы не тратить время в пустую, читает. Запоем! Все, что может найти...Спрашивает у кого, что есть, покупает, меняется... Старается заглушить страх, свист пуль и уханье взрывов фантастикой и романтизмом, детективами и непознанным. Вышибить, так сказать, наступающую тьму лугантропии Пелевиным, Беляниным, Коэльо, Маркесом....и более приземленно-бульварным Донцовой, Марининой, Грэхем Линн, Макнот Джудит...

Когда-то на нашем поселке была шикарная библиотека. О, это был наш Рай, наша Святыня, наша земля обетованная. В библиотеку посельчане шли намарафетившись, приодевшись, во всем лучшем. Библиотекарь Надежда, сама по себе красавица, коса до пояса, с уникальным чувством юмора и одесским говорком, была самым важным человеком поселка. К ней шли за советом, пожаловаться, спросить, узнать, рассказать секреты. Именно она узнавала наши девичьи ахи и вздохи, о первой любви, вытирала нам первые амурные слезы. Она наставляла на путь истинный зарвавшихся мужиков, выслушивала их признания и раскаяния в очередных залетах.

История пугательно-бизнесово-колхозно-зарабатывательная

А шо делать, ночь....за окном АТО делает плохим мальчикам атата и бабах. Поэтому расскажу я вам на ночь о наших поселковых ужасах. 

У нас, с Божьей помощью и помощью сил АТО, в приграничной зоне восстанавливается порядок и государственность. Со скрипом, метр за метром, оставляя за собой выжженную и почерневшую землю, тьма Луганды отступает с моей земли. И хотя тьма, еще пытается бороться, рвет жизни и души, взрывает землю, свет постепенно возвращается к нам, оживляя ждущих его и вводя в зомбиоз боящихся света.

Но это лирика. Реальность хуже...Массовый психоз, переходит, в частичный психодуркоз. Психодуркоз-это информационно-волновое-вирусное заболевание, которое передается только адептам руського мира. После появления в рашаТВ очередного истерико-маниакального сериала “всех убили каратели”, по поселку поползли слухи.... В Бирюково вместе с Нацгвардией приехал на черном-черном танке с черно-красным флагом черный-черный рефрижератор , на капоте которого сам.... (ну политиков пиарить не буду) народный депутат...., с флагом и скальпелем. И все...Всех забирают...Здесь варианты... так как юмор у наших поселковых, а так же фантазия бьет фонтаном, хотя, иногда просто бьет, чем ни попадя (об органах вы уже знаете, повторятся не буду).

Полоскание земли

Слово «АТО» не достаточно раскрывает всю суть происходящего сейчас. Это война. Война России против Украины. И чем раньше правительство это признает, чем раньше это признает мир, тем больше жизней наших солдат будет сохранено.

Большинства из тех, кто начинал под зданием Луганского СБУ, так сказать, первопроходцев этой движухи, уже нет. Многие полевые командиры или погибли или свалили в Россию. В нашем сумрачном приграничье, из тех, кто стоял на блок-постах, захаживал в горсовет за советом мэра, захватывал и угрожал осталось человек 50. Остальные, как их тут называют “гуманитарная помощь” соседнего, не дружащего с головой и угрожающего любовью государства, как и техника, разносящая наши города и уносящая жизни, — все это от лукавого Пу.

После ГРАДа

Сегодня мой город стал другим: осунулся, постарел, сгорбился. Как тяжело ступают люди, словно несут на своих плечах всю тяжесть мира..или грехов... или войны... или ...созданного, какой-то частью их побратимов, иллюзорного мира, под названием Луганда. Уставшие серые лица, тусклый взгляд, страх, обреченность, безволие, непонимание, злость... Взгляды... взгляды... Почему-то все смотрят под ноги и не поднимают голову. Чувство вины?! Резкий стук, все приседают, взгляд стекленеет, ищут причину звука, смотрят в небо...

Вчера город узнал что такое ГРАД, пока только по пуску его ракет. Но эти ракеты, выпущенные с нашей земли, принесли кому-то горе, потери, разрушение... Они вернутся назад, не ракеты, а боль, и все это понимают.

Вчера еще город не понимал, кто воюет с ним: ругался, рассказывал, негодовал, объясняя, что ополченцы, это мирные шахтеры, жители города без оружия, которые просто стояли на блок-постах, чтобы в город не пришли бандиты и оружие. бандиты приехали с полей, с кордона, привезли оружие...

История пикантная

Аптека. Очередь. Набор один и тот же: “Корвалол”, “Барбовал”, “Валидол”, “Трикардин” или вообще “что-нить от нервов”, “что-нибудь успокоительное”, “хоть что-то, чтобы спать и не слышать этого всего”...АТО! ГРАД! И всякая иная хрень в виде непредвиденного шума и осадков, доводить людей до аптеки. Говорят у нас, самый популярный анекдот такой:

- Девушка дайте мне самый сильный антидепрессант, самое сильное снотворное, самое сильное успокоительное.

- Только по рецепту врача.

- Ага, значит, прописки Луганская область, вам недостаточно!

Так вот. Аптека. Очередь. Продавцы уже вокруг себя, чтобы не бегать, наставили требуемого (популярного) снадобья. Толкучка. Очередная уставшая, с опущенными плечами женщина отходит от кассы, укладывая в сумочку набор для выживания, что-то смутно вспоминает и задерживается.

История боевая или как две кумы у гости ходили

У нас тут в сумрачном приграничье, чуть испортилась погода: то ГРАД, то гаубицы, то еще какая нить хрень с задолбавшего уже заботой и дружбой государства залетит, шарахнув по нервам и загнав жителей приграничья в подвалье. Четвертый день чувствуем себя больше подвальным населением, чем приграничным, но, так как у нас, большинство люди деятельные, то удержать их взаперти сложно. А тут у Валентины Ильинишны день рождения приключился.

Звонит она своим кумушкам, и, приглашает это дело, так сказать, отполировать. Но... за окном осадки в виде осколков. От кумы до кумы дорога хоть и через улицу, да огородами, но в условиях АТО, оно как-то не то.

История про огурцы и ГРАД

С утра наш поселковый мужик Михалыч возле магазина был какой-то не такой, взлохмаченный, нервный, курил и переминался с ноги на ногу. Хотя, если честно, то после вчерашнего праздничного фейерверка, которым порадовало уже окончательно задолбавшее заботой и, абсолютно офигевшее от, душащих его мосх, гормонов любви, соседнее государство, посельчане пяти приграничныхпоселков выглядят не очень: постоянно приседают, оглядываются, норовят скакануть в ближайшую канаву от звука удара колеса в выбоину, прислушиваются, трясущимися руками не могут попасть по клавишам телефона...

ГРАД у нас занесло с соседней, невежественной страны. Люди там живут темные, этикету не обученные, они, видать не знают, что любовь и забота это не поля жечь, дома рушить, да людей стрелять. Оружие они себе понапридумывали, а вот, что к оружию честь, там, ум да совесть прилагается, этого, вот, нет, не заложено в их шипащие дружелюбием гены.Но речь, не об этом, хер-Путин с ними. Речь о Михалыче. 

Бабы с подвалов вылезшие, новостями делятся, переговариваются, перезваниваются, ждут наше боевое информсопротивление из самого пекла, молочницу Маришку, а Михалыч, курит, нервно лохматит волосы и нервничает. Бабы уловили запах переживаний в воздухе.

История пенсионная

Я как-то писала, что пенсия, это наше фсе! Это в истории про ловлю на блесну. Так вот, подписываюсь под каждым сказанным словом, пенсия (как обозначение очень пожилых людей), наше фсе, особенно, когда эта пенсия наша, родная, украинская.

У нас тут на поселке и в окрестностях, дни, так сказать, задались. Видно сумрак просто так уходить не хочет, пытается больнее укусить, и дыхнув в душу недельным перегаром, отползая в родной Мордор, отгрызть от нашей земли хоть что-то. Хоть что-то — это остатки предпринимателей на рынке, магазинчики (причем почему-то принадлежащие простым чпешникам, а не элите города, ну там, дитям и женам чиновников, начальников). Видно, сумрак своих не жрет.

Вот и пришла беда и в наш магазинчик. Он у нас и так на поселке, как островок мира. В город-то особо под взрывами не поедешь. Молодежь-то на работу бежит, выхода нет. А старики, утром в магазинчик за хлебом, да Маришку-молочницу встретить. Там и новости узнать, так сказать вести в мирной земли, и с линии фронта (поселков, что дальше нас находятся). Почта-все, канула в бездну войны, закрыли, как и опорный пункт милиции. А магазинчик семейный,уютный, держит его семейная пара, у них и интернет, и газеты привозят, и новости без садистских наклонностей, и улыбнутся, и в долг дадут.

Над головою — гаубица

На улице снова дождь, мелкий, но успокоительный. Над головою -гаубица. Стоит и смотрит на мир своей черной мордой. Вот теперь полночи жди и думай: гахнет не гахнет.Вторая такая хреновина за 2 км от меня, на другом терриконе. Как сюрр она висит над головою дорогого мне человека, доброго и переживательного — моей кумы, действуя ей на нервы. Вчера они (гаубицы) перестреливались с друг другом, видно о чем-то спорили. Кума звонит и говорит:

- Слышишь, это я на тебя напала. Отвечать будешь?

В небе шуршит снаряд...

- Уже! 

В телефоне слышно гулкое бабах.

Вежливые люди

Сегодня в магазине делали покупки вежливые люди, в камуфляже, без нашивок, шевронов и ленточек, сильно окающие и непривычно зашуганно оглядывающиеся. Наши так себя не ведут. А так как у нас, східняков, говор специфический, то многое они переспрашивали. Народ, не смотря на вежливость, проявил пылкую агрессивность. Думаю, любофф к военным — это теперь у нас надолго. Народ после трехдневной жизни под перекрестным огнем ГРАДАов, на телячьи нежности с военными не готов (тем более народ пришел без оружия), так и норовят “за поребрик” отправить. Сначала аккуратно, а потом уж, как на слово лягло, стали выяснять у пришлых, причины их дружественного пребывания в нашем поселке с военным визитом. Спросили по сути:

- Стрелять сегодня будете?